Контактный телефон:
+7 925 517 2846

Испания » Фламенко

Фламенко / Flamenco

Музыка фламенко - одна из самых узнаваемых и характерных в Европе. Корни фламенко уходят в самые разнообразные музыкальные традиции, в том числе индийские, арабские, еврейские, греческие, кастильские. Эта музыка была создана цыганами испанского юга, обосновавшимися в Андалузии в 15 веке. Они пришли с севера Индии, с территорий, которые теперь принадлежат Пакистану.

Цыгане бежали от полчищ Тамерлана сначала в Египет, потом в Чехию. Там их тоже не ждал радушный прием, и они были вынуждены двигаться дальше. Из Чехии одна часть цыган ушла в Восточную Европу, другая на Балканы и в Италию.

Первый документ, свидетельствующий о появлении цыган в Испании, датируется 1447 годом. Цыгане называли себя "людьми степей" и говорили на одном из диалектов Индии. Первое время они оставались кочевниками и занимались скотоводством. Как обычно в своих странствиях, цыгане перенимали культуру местного населения и переделывали ее на свой лад.

Музыка была важной составляющей их жизни и праздников. Для того, чтобы исполнять эту музыку необходим был только голос и что-то, чем можно было отбивать ритм. Примитивное фламенко можно было исполнять без музыкальных инструментов. Импровизация и виртуозное владение голосом является важной особенностью музыки фламенко. В Андалузии, где восемьсот лет перемешивались христианские, арабские и еврейские культурные традиции, цыгане нашли хорошую почву для своей музыкальности.

В конце 15 века Католические короли издали указ об изгнании из Испании всех, кто не захотел принимать католицизм. Цыгане стали париями испанского общества, прятались в горах от насильственного крещения, однако их музыка, пение и танцы пользовались большой популярностью. Их часто приглашали выступать в богатые и знатные дома. Пользуясь тем, что их диалект был непонятен хозяевам, цыгане часто высмеивали их в своих представлениях. Со временем законы Испании стали более терпимыми, цыгане постепенно вошли в испанское общество и все больше и больше людей нецыганского происхождения проявляли интерес к их музыке. Авторы классической музыки вдохновлялись ритмами фламенко. В целом, к концу 19 века, фламенко приобрело свои классические формы, но продолжает развиваться и сейчас.

Различные исследователи отмечали следы различных влияний в искусстве фламенко, в основном восточных: арабских, еврейских и, как уже говорилось, индийских. Однако это именно влияния, а не заимствования. Искусство фламенко, вбирая в себя черты искусства народов, в различные времена обитавших на Иберийском полуострове и ассимилировавшихся местным населением, не теряло своей самобытной основы. Не напластования разнородных элементов восточного фольклора, а их драгоценный, единый и неделимый сплав с народным искусством Андалусии видим мы в пении и танце фламенко, которое нельзя отнести к восточному искусству. Корни этого искусства уходят и в античность - ещё за 200 – 150 лет до н. э. на Пиренейском полуострове утвердились римляне. Ко времени Цицерона и Юлия Цезаря южная часть Испании романизировалась, а её музыкальная культура подчинилась эстетическим направлениям и вкусам, доминировавшим в поздней античности. Сначала в Александрии, а затем и в Риме получил яркое развитие новый театральный жанр - пантомима. Место трагического актёра занял танцовщик. Хор не исчез со сцены, но центр тяжести переносится на инструментальное сопровождение. Новая аудитория ищет новых ритмов, более подчёркнутых, и если на римской почве танцовщик отбивал метр с помощью “scabelli” (деревяшки на подошве), то эпиграммы Марциалла говорят о танцовщицах из испанского Кадиса со звонкими кастаньетами…

Жанр фламенко получил международную известность, когда в мае 1921 года целое представление фламенко было включено в программу русского балета, выступавшего в Париже, в театре "Гайет Лирик". Это представление было организовано импресарио Сергеем Дягилевым, во времена своих поездок по Испании разглядевшим большие театрально-сценические возможности фламенко.

Другим театрализованным представлением фламенко, поставленным на не менее прославленной сцене, стало "Кафе Чинитас". Название выбрано по имени знаменитого кафе в Малаге, в основу действия положена одноимённая песня Федерико Гарсиа Лорки, декорации выполнены Сальвадором Дали. Представление состоялось в театре Метрополитен в Нью-Йорке в 1943 году.

Впервые оркестровка мелодий фламенко для сцены была осуществлена Мануэлем де Фалья в его балете "Колдовская любовь" (El Amor Brujo) - произведении, пронизанном духом фламенко.

В нашей стране представление о фламенко можно было составить по фильму испанского кинорежисёра Карлоса Сауры "Кармен", прошедшему на большом экране в 80-х, где в главных ролях снялись знаменитый гитарист Пако де Лусия и известнейший "байлаор" Антонио Гадес.

Но не театрализованными постановками и грандиозными шоу интересно фламенко – искусство живое, поистине народное; искусство, уходящее своими корнями в далёкое прошлое. Известно, что ещё в древности иберийское искусство волновало соседей, даже тех, кто привык смотреть на варваров свысока; об этом свидетельствуют античные писатели.

Главная черта испанского пения – полное господство мелодии над словом. Всё подчинено мелодии и ритму. Мелизмы не расцвечивают, а строят мелодию. Это не украшение, а как бы часть речи. Музыка переставляет ударения, меняет метры и даже превращает стих в ритмическую прозу. Богатство и выразительность испанских мелодий общеизвестны. Тем удивительней вкус и требовательность к самому слову.

Детище Андалузии, канте-хондо не похоже на цыганские песни других стран, но мало похоже и на остальные андалузские песни. Это особый мир, возникший и замерший на узкой полосе между Севильей, Рондой и Хересом де ла Фронтера, - античное эхо, преображённое воздухом Востока.

Самыми старинными, "доцыганскими" формами считаются канья и солеа. Солеа (или множественное "солеарес") – это песни тоски и одиночества. Канья сейчас исчезает, но ещё в 19 веке её пели и даже танцевали, отбивая ритм, наподобие кастаньет, двумя обрубками тростника (cañas).

"Цыганская сигирийя", стала едва ли не олицетворением канте-хондо. "Глубокое" или, иначе, "большое пение" (cante grande) названием обязано не одной только сложности. Оно действительно трудное – долгие и насыщенные мелодические фразы исполняются на едином дыхании, ритм изменчив и своенравен, а звукоряд, с интервалом в четверть тона и меньше, невнятен для слуха, не приученного к нему с детства.

Вне Андалузии канте-хондо ценят немногие и подражать ему не пытаются. Но есть ещё родственное "большому" и достаточно нелёгкое "среднее пение" - такие драматические формы, как петенера и андалузское фанданго (малагенья, ронденья, гранадина), - и, наконец, "малое" (cante chico) с его плясовыми мелодиями неистощимой выдумки. Всё это лишь часть андалусского фольклора, а канте-хондо – часть этой части. Малая, как сердце.

К “большому пению” примыкают ещё две формы – саэта и серрана. Саэта – в сущности, та же канья или сигирийя, поэтически ограниченная религиозным сюжетом и близкая, однако, своей поэтикой плача к тюремным песням о смертниках, изгоях и материнских слезах. Серрану часто отлучали от “большого пения” на том основании, что канте-хондо требует аудитории, пусть самой избранной. Серрана звучит в вольном воздухе Сьерра-Морены; это песня погонщиков, и заводят её одиноко, для себя. Тем не менее на гранадском конкурсе канте-хондо 1922 года, в присутствии таких авторитетов, как Мануэль де Фалья, Гарсиа Лорка и Андрес Сеговия, первую премию получила исполненная 70-летним пастухом серрана…



Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика